�������� �� ���������� ���� ���������������� ������������. XXXVII | C������ �� ���������� ���� ���������������� ������������ | ��������������-�������������������������� ��������������
На главную
Легенды и мифы народов мира

 Цифры. Мифов - 3774, терминов - 5078, персонажей - 3717, событий - 607.
 Последняя новость. 25.11.2011. Делаем редизайн....
 Не забывайте! У нас есть еще отличный сайт о чае.


"Однажды летом во время тинга, когда Торлейк сидел в своей палатке, к нему вошел человек высокого роста. Он приветствовал Торлейка, и тот ответил на его привет и спросил, как его зовут и откуда он. Тот отвечал, что зовут его Эльдгрим и что живет он около Боргарфьорда во Дворе Эльдгрима. Этот двор расположен в долине, которая вклинивается с востока в горы между Мули (Круча) и Грисартунгой (Междуречье Гриса). Она теперь называется Долиной Грима. Торлейк сказал:

- Я слышал о тебе, что ты не последний человек.

Эльдгрим сказал:

- Я пришел к тебе потому, что хочу купить у тебя твоих племенных лошадей, которых Коткель дал тебе прошлым летом.

Торлейк отвечал:

- Эти лошади не продаются.

Эльдгрим сказал:

- Я дам за них столько же коней и еще кое-что в придачу, и многие скажут, что я предложил тебе двойную цену. Торлейк сказал:

- Я не торговец лошадьми, так что этих лошадей ты не получишь никогда, хотя бы ты дал мне тройную цену.

Эльдгрим сказал:

- Поистине не лгут те люди, которые говорят, что ты горд и упрям. Я хотел бы, чтобы ты получил меньшую цену, чем та, что я тебе предложил, и все же должен был бы отдать коней.

Торлейк сильно покраснел при этих словах и сказал:

- Тебе придется, Эльдгрим, пойти еще дальше, если ты хочешь заставить меня отдать тебе лошадей.

Эльдгрим сказал:

- Тебе покажется неправдоподобным, чтобы я одержал верх над тобой, однако этим летом я приеду, чтобы смотреть коней, кому бы из нас ни суждено было владеть ими в будущем.

Торлейк сказал:

- Приезжай, но только не угрожай мне перевесом своих сил. После этого они прекратили разговор. Люди, которые слышали это, говорили, что ни один из них при этой беседе не остался в долгу. Затем люди отправились домой с тиига, и все было спокойно.

Однажды ранним утром один человек в Хрутестадире у бонда Хрута, сына Херьольва, отлучился на некоторое время. И когда он вернулся, Хрут спросил его, пет ли чего-нибудь нового. Тот отвечал, что не может рассказать ни о каких новостях, но сказал, что видел человека, который верхом пробирался вброд туда, где находились кони Торлейка, и там этот человек спешился и что-то делал около лошадей. Хрут спросил, где пасутся лошади. Работник отвечал:

- Они снова выбрали неплохой луг, они паслись па твоих лугах недалеко от изгороди. Хрут сказал:

- Это правда, что мой родич Торлейк, не стесняясь, выбирает пастбище, где ему нравится, и я но думаю, что коней прогонят по его приказанию.

После этого Хрут вскочил, в рубашке и полотняных штанах, и набросил на себя серый плащ, и взял в руки большую секиру с рукояткой, отделанной золотом, которую подарил ему конунг Харальд. Он вышел довольно быстро и увидел, что какой-то человек проехал верхом вместе с лошадьми около изгороди. Хрут вышел ему навстречу и увидел, что это Эльдгрим гнал копой. Хрут его приветствовал. Эльдгрим ответил на его приветствие, по не сразу. Хрут спросил, куда он гонит коней. Эльдгрим отвечал:

- Я не хочу от тебя ничего скрывать, хотя знаю о твоем родстве с Торлейком. Я угоняю коней, с тем чтобы никогда их ему не отдавать. Я выполнил также то, что обещал ему на тинге,- не явился за копями с большим числом людей.

Хрут сказал:

- Нет большой храбрости в том, чтобы забрать лошадей. пока Торлейк лежит в своей постели и спит. Ты лучше выполнишь то, что вы с ним вместе порешили, если встретишься с ним, прежде чем уехать отсюда с конями.

Эльдгрим сказал:

- Дай знать Торлейку, если хочешь, так как ты видишь, что я к этому готов и что мне будет приятно встретиться с ним.

И при этом он взмахнул крючковатым копьем, которое держал в руках. У него был также шлем на голове, за поясом - меч и на боку - щит. Он был в кольчуге.

Хрут сказал:

- Я лучше попытаюсь сделать что-либо другое, чем ехать в Камбснес, потому что я тяжел на подъем. Но я не позволю ограбить Торлейка, если смогу этому помешать, хотя наше родство для меня не слишком много значит.

Эльдгрим сказал:

- Не думаешь ли ты отнять у меня коней?

Хрут отвечал:

- Я дам тебе других племенных коней, если ты отпустишь этих, хотя возможно, что мои окажутся не такими хорошими, как эти.

Эльдгрим сказал:

- Ты красно говоришь, Хрут, по раз уж я наложил руку на коней Торлейка, ты их у меня не отнимешь ни подкупом, ни угрозой.

Тут Хрут отвечал:

- Я думаю, что ты избираешь для нас обоих такой путь, который окажется самым опасным.

Эльдгрим хотел на этом кончить и погнал коня. Однако, когда Хрут это увидел, он взмахнул секирой и ударил Эльдгрима между лопаток, так что кольчуга лопнула и секира рассекла спину и грудь. Эльдгрим упал мертвый с коня, как и следовало ожидать. Затем Хрут прикрыл его тело. Это место к югу от Камбснеса называется Эльдгримсхольт (Холм Эльдгрима).

После этого Хрут поехал вниз, в Камбснес, и рассказал Тор-лейку, что произошло. Того охватил гнев, и он решил, что это событие означает для него большой позор, хотя Хрут думал оказать ему дружескую помощь. Торлейк сказал, что с ним поступили плохо и что ничего хорошего нельзя ожидать от него в ответ. Хрут сказал, чтобы он делал как знает. Они расстались недружелюбно. Хруту было восемьдесят лет, когда он убил Эльдгрима, и этот поступок придал ему величия. Торлейку не казалось, что заслуги Хрута возрастают, если его поступок превозносится всеми. Он был уверен, что сам бы победил Эльдгрима, если бы они друг с другом померились силами, потому что Эльдгриму не было суждено большой удачи.

И Торлейк отправился к Коткелю и Гриме, которых он поселил на своей земле, и попросил их сделать что-нибудь такое, что навлекло бы позор на Хрута. Они охотно дали согласие и сказали, что они совершенно готовы к этому. Затем Торлсйк возвратился домой.

Вскоре после этого они отправились в путь, Коткель, Грима и их сыновья. Это было ночью. Они приехали ко двору Хрута и приступили там к великому колдовству. И когда понеслись колдовские звуки, то люди, которые находились в доме, не могли понять, что это означает. Но пение их дивно было слушать. Один только Хрут знал, что это за звуки, и запретил людям выглядывать из дома этой ночью,

- Пусть каждый бодрствует, - сказал он, - сколько сможет, тогда нам не будет вреда, если это будет продолжаться.

Но все же они уснули. Хрут дольше всех не спал, но и он в конце концов уснул. Одного из сыновей Хрута звали Кари, ему тогда было двенадцать лет, и он был лучшим из сыновей Хрута. Хрут очень его любил. Кари почти совсем не спал, потому что колдовство было направлено против него. Он не находил себе покоя. Он вскочил и выглянул. Он пошел к тому месту, где происходило колдовство, и тут же упал мертвым, Хрут утром проснулся со своими людьми и не доискался своего сына. Его нашли недалеко от дверей. Хрут счел это величайшей утратой и велел насыпать курган над телом Кари.

Затем он поехал к Олаву, сыну Хёскульда, сообщил ему, что случилось, и рассказал, как все это было. Олав был вне себя от гнева, услышав, что случилось, и сказал, что было величайшим безрассудством разрешить таким скверным людям, как Коткель и его родичи, селиться рядом с ними. Он сказал, что Торлейк плохо поступил по отношению к Хруту, но что произошли еще более серьезные дела, чем он хотел. Олав сказал, что они сейчас же убьют Коткеля, его жену и сыновей.

- И это уже давно нужно было сделать, - добавил он.

Олав и Хрут выехали с пятнадцатью людьми. И когда Коткель и его домочадцы увидели, что приближаются всадники, они бежали в горы. Тут поймали Халльбьёрна Дырку в Точильном Камне и на голову ему накинули мешок.

Сразу же были выделены люди, чтобы сторожить его, а другие отправились преследовать Коткеля, Гриму и Стиганди в горах. Коткеля и Гриму настигли на горном кряже между Хаукадалем (Ястребиная Долина) и Лососьей Долиной. Там их убили камнями, и над ними насыпали груду камней, остатки которой еще можно видеть, и место это называется Скраттаварди (Колдовские Камни). Стиганди бежал с горного кряжа вниз к югу, в Хаукадаль, и там они его потеряли из виду.

Хрут и его сыновья повели Халльбьёрна с собой на берег. Они спустили на воду лодку и вместе с ним отплыли от берега. Затем они сняли с его головы мешок и привязали ему камень на шею. Тут Халльбьёрн посмотрел на берег, и его взгляд ни обещал ничего хорошего. Халльбьёрн сказал:

- Плохой это был для нас день, когда наша семья явилась п Камбснес и встретилась с Торлейком. Пусть, - сказал он, - у Торлейка с этих пор не будет ни одного радостного дня, и всех, кто поселится в его жилье, должно постигнуть несчастье.

Это проклятье, по-видимому, подействовало,

Они утопили сто и поплыли к берегу.

Вскоре после этого Хрут явился к своему родичу Олаву и сказал ему, что он не хочет оставить так дело с Торлейком, и попросил у него людей, чтобы напасть на Торлсйка. Олав отвечает:

- Не годится, чтобы вы, родичи, поднимали руку друг на друга. Для Торлсйка все это сложилось неудачно. Мы попытаемся лучше вас помирить. Ведь уже был случай, когда ты долго и с честью выжидал, пока не было восстановлено твое право.

Хрут говорит:

- Здесь этого не случится. Наша вражда никогда не уляжется. И я бы хотел, чтобы мы оба не жили больше в Лососьей Долине рядом.

Олав отвечает:

- Тебе не принесет пользы, если ты ополчишься на Торлей-ка в большей мере, чем я позволю. Если ты это сделаешь, то очень похоже, что за долиной последует холм, а за малым - большее.

Хрут понял, что тут его ожидает сильное сопротивление. Он отправился домой и был очень недоволен, но с виду все было тихо. И люди этот год жили спокойно."

Цитируется по изданию: Исландские саги    
Автор: М.Стеблин-Каменский    


Яндекс цитирования Яндекс.Метрика